Комплементарный брак: когда партнёра ищут вместо родителя

Когда мужчина ищет женщину — он ищет себе маму. Когда женщина ищет мужчину — она тоже ищет себе маму.

Речь пойдёт о комплементарности в браке — об отношениях, которые строятся по принципу дополнительности в форме «Родитель — Ребёнок». Слово комплементарный означает «дополнительный». Здесь имеется в виду функциональная дополнительность: один супруг выполняет для другого родительские функции. Варианты бывают разными — «отец — дочь», «мать — сын», «мать — дочь», — но суть одна: позиция взрослого и позиция ребёнка.

Почему в таких браках столько страстей

Эти отношения перенасыщены эмоциями. Накал в них выше, чем в обычных парах, а сами отношения с первой встречи обретают «роковой» оттенок. Привязанность бывает такой силы, что конкурирует с кровно-родственной. Разорвать такую связь либо невозможно, либо крайне тяжело. Жить в ней трудно, но и без неё невыносимо — партнёра воспринимают как «крест, который надо нести», а отношение к нему мечется между полюсами «не могу без тебя жить» и «ненавижу тебя».

Что делает эти отношения зависимыми

• Причина — в структуре личности. Обычно это люди, зависимые от отношений, с неудовлетворённой в детстве потребностью в безусловной родительской любви. В браке они бессознательно доигрывают детско-родительский сценарий, а партнёр попадает под мощную родительскую проекцию.
• Перегруженность ролями. На партнёра взваливают двойную ношу — и супруга, и родителя. От него требуют безусловной любви и принятия, причём без благодарности, как само собой разумеющееся. Реальную поддержку при этом почти не замечают: на фоне претензий её всегда «мало».
• Мир как должник. Такому человеку кажется, что мир и другие ему должны. Отсюда постоянные ожидания, а за ними — обиды и разочарования. Партнёра одновременно идеализируют и хотят получить от него больше, чем он способен дать.
• Инфантильность и эгоцентризм. Будучи взрослыми, психологически такие люди остаются детьми — капризными, требовательными, обидчивыми, «вечно голодными» до любви.
• Внутренняя пустота. Их «эмоциональные резервуары» не наполнены: сами недополучив любви, они не могут дать её другому. Нельзя отдать то, чего у тебя нет.

Что происходит с близостью

Сексуальные потребности в таких браках часто оказываются неудовлетворёнными или замещёнными, а близость превращается в «супружеский долг». Работает простой закон: в фокусе не могут одновременно находиться две потребности. Потребность в безусловной любви для такого человека древнее и важнее сексуальной, поэтому именно она выходит на первый план. Добавляется и эффект символического инцеста: если партнёр бессознательно воспринимается как родитель, влечение к нему блокируется.

В таких отношениях в ходу слова «бросишь — не бросишь». Но «бросить» можно ребёнка. Со взрослым партнёром — расстаются. Сам язык выдаёт детско-родительскую природу связи.

Даже рождение ребёнка мало что меняет: партнёр остаётся главной фигурой, а настоящий ребёнок оказывается на вторых ролях. Это закономерно — трудно быть родителем, оставаясь внутри «ребёнком» самому.

Почему круг замыкается

Главный парадокс в том, что незавершённые отношения с собственными родителями невозможно завершить через партнёра. Он при всём желании не может стать родителем и дать безусловную любовь. Поэтому потребность остаётся ненасыщенной, и если такой брак распадается, человек нередко создаёт новый — по тому же самому сценарию, с новым «родителем» в роли супруга.

Куда двигаться

Разорвать этот круг силой воли обычно не удаётся — здесь помогает терапия. Ориентиры движения примерно такие:

1. расстаться с иллюзиями и принять реальность такой, какая она есть;
2. увидеть и постепенно преодолеть эгоцентрическую позицию;
3. научиться опираться на себя, а не ждать спасения извне;
4. замечать, когда в отношениях тебе действительно что-то дают, и быть за это благодарным;
5. учиться самому давать в отношениях, а не только брать;
6. различать в себе детскую, супружескую и родительскую позиции — и, в конечном счёте, повзрослеть.

В работе с таким запросом сначала важно накопить опыт безоценочного принятия, а уже затем бережно исследовать ранние детско-родительские отношения и те чувства — обиду, злость, — что нередко прячутся за маской равнодушия. Это небыстрый путь, но именно он возвращает человеку свободу выбирать отношения, а не воспроизводить старый сценарий.